Почерк моей сестры.





На этом снимке моя красавица сестра Валя со своим мужем Володей.



31 декабря 2020 года моя сестрёнка Валя ушла из жизни. Устав бороться с изнуряющими болезнями.

Валя родилась 16 августа 1961 года. Полтора года спустя родился я, а два с половиной года позже родился наш младший братик Витя.
Первые месяцы своей жизни Валя провела в Катанае, в доме бабушки и дедушки. ЖИли они тогда ещё в так называемой землянке, в саманном домике, который стоял там где позже появился шикарный огород с колодцем. Бабушка всегда описывала Валю как ребёнка, который постоянно кричал, у которого рот не закрывался. Апогеем её первых шагов по жизни был тот случай когда она голой попой упала в горячую сковородку. И если до этого она просто кричала, то после этого случая она кричала очень серьёзно. Вот так вот, звонко и громко, Валя вошла в эту жизнь.

Когда родился я мама с семьёй решились на переезд. Бабушка с дедушкой, видя как трудно молодой семье с двумя малыми детишками, предложили оставить меня у них, в селе Катанай. Так и остался я жить с бабушкой, в немецком посёлке, растворившись в немецкой среде и культуре. А Валя поехала жить в Ново-Каменку, Бишкульского района, Северо-Казахстанской области. Ибо оттуда родом был наш папа, Черепанов Вячеслав Савельевич. Или в те годы просто Славка. Мы его всегда звали папа Слава. В Ново-Каменке и в округе жили его мама и почти все его сёстры. Там и выросла Валя.



На этом фото Валюша с папой, в гостях у его сестры.
Теперь вы видите, в кого она такая красивая. В папу и маму.



Я иногда тоже проводил время в Ново-Каменке. Там проходило наше такое прекрасное и таинственное детство. Когда подрос Витя нашим любимым занятием было искать сокровища. Вы спросите - какие там могли быть сокровища? Тогда вы ничего не понимает в детском счастье. Мы выкапывали и находили в земле кусочки битой посуды, осколки от фарфоровых тарелок и чашек. Самыми ценными считались те, на которых был хоть кусочек какой-нибудь цветной полоски. А самыми бесценными были те, на которых был нарисован лепесток, или даже цветочек. Ибо нам пацанам нужно было зорить гнёзда и делать стрелы для лука, то такие сокровища обычно все рано или поздно доставались нашей сестрёнке. Так она уже в раннем детстве могла догадываться, что мы бродяги и бандиты, а она наша принцесса.

Когда Валя слегка подросла то главной её задачей было не только следить за нами, когда мама и папа работали. Ей так-же нужно было выполнять домашнюю работу. Я отлично помню как Валя мыла пол в доме, орудуя большой мокрой половой тряпкой. В эти моменты мы старались держаться от неё подальше, иначе мы могли этой тряпкой схлопотать. Помните у Розенбаума? "Да сестрицу свою, девку дюже грозную, От которой мальцом удирал в кусты." Но лучше всего эту ситуацию обрисует старый анекдот. Где участковый милиционер подаёт рапорт о том, что женщина убила мужа за то, что он наступил на свежевымытый пол. А начальник спрашивает, почему участковый прибыл на вызов в 2 часа дня, а составил протокол в 3 часа? На что участковый покраснев ответил, что в 2 часа он ещё не мог войти в дом, потому что полы ещё не были высохшими. Так в нашей семье закалялась сталь, и так мы начинали уважать сестрёнкин труд.

Время неумолимо летело. Семейная жизнь у нашей мамы не удалась, папа не мог жить без бутылки. И она решилась на переезд в село Вознесенка, которое возле Боголюбово. Эта деревня тоже расположена неподалёку от реки Ишим, на берегу старицы, и нам пацанам (Вите и мне) там было довольно уютно. Там и прошла Валина юность. Она обзавелась подружками, и дружба эта потом длилась всю оставшуюся жизнь. Я хорошо помню её подружку Таню Бучак, и других девчат. Валя была очень преданной подругой, и я помню как мы ездили в больницу, в город, проведать её подружку. Как-то так получилось, что я в то время часто мог навещать семью в Вознесенке, и наша юность проходила вместе. Летом по вечерам мы любили сидеть на улице допоздна, болтали, шутили, устраивали подвохи. Или просто ходили по улицам. Тогда это назыалось "дружили". Естественно в этой деревне я поначалу был совсем чужим. А что делают на Руси с теми, кто чужой, и приехал в деревню впервые? Правильно, им бьют морду. Хоть в клубе, хоть на улице. Ибо это - святое. И вот когда местные пацаны хотели набить мне морду моя сестрёнка как львица встала на мою защиту. Кричала на них, отталкивала, ругалась. И я отделался лёгким испугом. Так Валюша по жизни уже тогда защищала меня от беды. Конечно очень сильно помогло, что мы много времени проводили вместе с Вознесенскими ребятами не только в деревне.






Фото этих лет. Вова, Валя, Витя.




Валя и мама.





Мы ездили летом в прекрасные поездки! Вот на этом фото внизу Вознесенские школьники ездили в Ленинград. Ибо наша мама была учительницей, а ездить в такие поездки хотели и могли не все, то всегда находилось место и для меня. Может быть не все были готовы, как наша мама, оплатить такую поездку? Для нас такие поездки были путешествиями в огромный современный мир.



В Ленинграде. Валя уже почти взрослая, на фото она вторая справа, возле учительницы. Я впереди слева.




Фото тех лет. Валя держит Валеру, первого сына нашего дяди, маминого брата.



Время стремительно летела, Валя заканчивала школу восьмилетку, и нужно было думать о будущем. Отпавлять дочь одну в большой город мама не хотела, да и не позволяли финансы и обстоятельства. И мама решилась на ещё один сложный шаг. Семья переехала в посёлок Озёрный, который расположен возле Петропавловска. И Валя могла ездить на учёбу в город, и приезжать домой. Это позволило Вале выучиться на медсестру. Мы все ею очень гордились, ибо не у каждого в семье есть свой медик. Когда у меня по всей физиономии пошли какие-то безумные болячки, и я, устав верить местным шарлатанам, обратился к ней за советом, она критически осмотрела мои болячки и сурово сказала "умываться нужно почаще, братик!". И это был единственный диагноз, которому я поверил. Ибо старшей сестрёнке мы верили всегда. Ибо ошибалась она очень редко. Лишь когда в детстве наш дядя шутник, тогда ещё сам юноша, на пасху вместе с подарками от зайца подсыпал нам вместо шоколадных конфет-горошек свежие овечьи какашки то мы спросонья не разобрались, и их отведали, поверив Валиному заверению, что это такие конфетки. Но вернёмся в Озёрный. Этот посёлок стал окончательным домом. Здесь Валя познакомилась со своим будущим мужем, Владимиром Кох. В Озёрном родился старший сын Алексей. Наш любимец Лёшка. Его можно любить лишь за то, что он в детстве плевал в ментов. Здесь в Озёрном состоялась Валина и Вовина свадьба. На которую собралась вся родня, и даже приехали из Караганды наши горячо любимые родственники, мамин двоюродный брат Яков с женой Кларой. Мы его любовно зовём Яша. Он всегда был душой и сердцем любой нашей компании. Валина свадьба незабываема ещё и тем, что когда наконец все разошлись и всё успокоилось то совхозная столовая, где проходила свадьба, вновь ожила, загорелся свет, включилась эстрада, и два Валиных брата выдали такой концерт, что на следующий день никто не мог понять, от чего перегорела аппаратура. Им никогда не понять, что Витя и Вова праздновали свадьбу любимой сестрёнки по своему, как положено!



Валин муж Володя. Валя. Витя, Валин младший братишка. Озёрный.
Все молодые, красивые, беззаботные, счастливые.



Но если вы думаете, что моя сестрёнка была рождена сажать огород и доить коров, то вы глубоко заблуждаетесь. Валя не шла на компромиссы, и её муж Володя был ей под стать. Они покинули Озёрный, и поехали искать лучшую жизнь на севере страны, в городе Нягань. Там они прошли и рым, и крым, и медные трубы. Жили в стылых балках и вагончиках, работали. Там родилась дочь Настенька. И они работали, не покладая рук, зарабатывая всё собственными руками. И так они с годами сумели получить квартиру в городе, и заработали на свой первый автомобиль, "Жигули". Но все эти годы Валя не забывала о нас. Она при любой возможности нас навещала. Об этом чуть позже.

Если мы и жили на расстоянии, то связи не теряли никогда. Валя всегда писала мне письма. И когда мы ещё жили с бабушкой в Катанае. И позже, когда мы перехали в целинный совхоз Молодогвардейский. Боже, как приятно было получать эти письма, с адресом, написанным таким знакомым почерком. Валин почерк я узнаю из миллиона любых. Письма обычно все начинались как и положено: Здравствуйте, наши дорогие родные... (и здесь по возрасту и семейному положению перечислялись все члены семьи). Надеемся что у вас всё хорошо. У нас всё хорошо. И здесь шёл перечень всех новостей. Описывалась вся жизнь. Письма были добрые, подробные. Заканчивались всегда просьбой писать почаще и побольше, о себе, о нашей жизни. Позже я поехал в город учиться, и регулярно получал от мамы и от Вали письма. Теперь они уже всегда начинались "Здравствуй, дорогй братик!" Писала она мне в годы студенчества, а позже в армию. А когда я женился то писала "Здравствуй, дорогой братик, и твоя жена Оля" А позже у нас пошли дети, и она в заголовье перечисляла и их. Сообщала о своих радостях, о своих успехах.Валя была натурой неугомонной. Если мы, выходцы из немецких посёлков, были до смерти запуганы жизнью, и боялись лишний раз шевельнуться, чтобы не привлекать внимания, то Валя была совсем другой. Она была инициативной, всегда искала новые пути. Помню как она, уже на севере, купила офигенную машину для вязания, и вязала для нас всех, и на продажу, улучшая семейный бюджет.

Связь между нами не терялась никогда. И уже когда мы жили в Германии мы по прежнему обменивались письмами. Лишь потом, со временм, у нас в квартирах появились телефоны.
Когда я женился и не знал, как начать новую жизнь, Валя предложила мне помочь, и найти работу в Нягани. Жена Оля была не прочь, и я поехал к Вале в гости. Валя возила меня по знакомым, организовала встречу в заводской газете (я имел небольшой опыт работы журналистом), пыталась помочь как могла. Я наверное понял, что не потяну, и вернулся обратно в Казахстан. А вот братишку Витю она вытянула, и он жил и работал в Нягани со своей женой и сыном. И благодаря Вале мы постоянно оставались на связи. Она всегда находила время нас навестить, приехать в гости. Когда мы жили в Молодогвардейске Валя с семьёй приезжали в гости. Приучала детей к труду, и сын Лёша (с дядиным сыном Андреем) должны были помогать дяде Вове пропалывать грядки. Когда дядя Вова заглянул проверить как продвигаются дела, то на грядке не было ни сорняка, ни лука. На этом попытки приобщения к деревенскому труду наверное закончились, но такие мелочи на всю жизнь стали предметом наших любимых шуток.
Оставив детей на пепечение бабы Таси и дядиной жены Людмилы мы все вместе поехали на автомобиле Москвич 412 в Боровое. Дядя Лёня за рулём, Валин муж Володя, Валя, моя жена Оля и я. Это была незабываемая поездка. Природа в Боровом прекрасна, и для нас степняков это было чем-то неописуемым, пешком всем вместе подняться на вершину Синюхи, самой высокой горы. Помню как нам было весело, как мы хохотали над тем фактом, что почти у всех были красные спортивные штаны. Ах какой потрясающий вид открывался с вершины! А потом мы спустились вниз в долину, пили воду из горного ручья, и решили набрать грибов. Грибов было много, занятие это нам ужасно нравилось, и мы не могли остановиться. Несмотря на все предостережения дяди Лёни мы собрали гору грибов, и решили сварить грибной суп. Получилось полное ведро, причём грибов было больше чем воды. Мы мужчины успокаивали себя тем, что супчик будет наваристым. Суп этот был ЧЕРЕСЧУР наваристым, и горчил так, что кушать было почти невозможно. Но мы добросовествно всё скушали, и спали в палатках без задних ног. Это был чудесный незабываемый семейный отпуск, пусть даже очень короткий.

Как-то незаметно наступила перестройка, рухнул железный занавес, и мы смогли уехать в Германию. Волею судьбы уехали почти одновременно, мама с мужем, её брат Лёня с семьёй, и я с моей семьеё. И мама не сдавалась и работала над тем, чтобы Валя с семьёй тоже смогли приехать в Германию и воссоединиться со всеми родными. И произошло чудо, всё получилось. Очень помогло и то, что Валин муж и его родители тоже коренные немцы, как и все наши родные по материнской линии. Так мы все оказались в Германии. Несмотря на все трудности и передряги. И когда Валя с семьёй уже продали весь скарб, и "сидели на чемоданах", а кним в дом ночью ворвались вооружённые грабители отморозки, то они ожидали увидеть что угодно, но не мою бесстрашную сестру, которая не давала себя запугать никому, и как львица вставала на защиту своей семьи.
Валя всегда являлась для нас примером того, как можно и нужно жить. Как я уже упомянул, мы, выходцы их немецких посёлков, извечные враги народа, боялись лишний раз шевельнуться, чтобы не привлекать внимания. И так уж вошло в нашу привычку, что мы должны жить скромно, и довольствоваться малым. Валюша этого категорически не признавала. И глядя на неё мы хоть как-то подтягивались, и стремились к новым вершинам.
Первые годы в Германии были несладкими, мы вставали на ноги, выполняли любую, самую черновую работу. Описывая все прицепившиеся болезни Валя с грустинкой вспоминала свой многолетний друг в прачечной. Это действительно был адский труд, со зловонными парами и испарениями. Но и из этого Валя извлекала позитив, улучшая жизнь не только своей семьи, но и нашу жизнь. Иногда им на работе доставались подарки. И я до сих пор, уже живя в далёкой Канаде, храню в гараже рулон полотенец для вытирания рук, и спользую его лишь крайне редко, отрывая лишь малюсенькие кусочки. А в жаркие летние ночи мы укрываемся двумя красными махровыми покрывалами, которые нам подарила в те годы Валя.

Валюшины квартиры. Чистые, просторные, уютные. Где мы собирались всем гамбузом. Настя и баба Тася родились в начале января, и мы праздновали их день рождения вместе, у Вали. На день рождения дочери Валя ей подарила новый компьютер, по тем временам вещь неслыханную. И её брат Вова, уже изрядно подвыпивший, сидел и инсталлировал свой подарок, саунд карту. Вы наверное и не знали, что первые компьютеры были "немыми", без звука? И попробуйте в пьяном виде воткнуть в него sound karte, и найти и проинсталлировать в виндовсе 95 (или 98?) драйверы. И когда компьютер оживал и начинал играть музыку мы могли гордо вернуться в шумный зал, где (вы ни за что не поверите) был даже бар. И два Валиных брата, ещё те клоуны, веселили компанию, играя роль барменов, с полотенцем через плечо. И увековечили всё это на фотографиях.

Или представьте себе другую Валину квартиру, и другую гулянку. Знаете ли вы, что куриное яйцо невозможно раздавить голыми руками, даже если давить со всей силы с обеих концов, не мухлюя? Нет, мы этого не знали. Узнали мы об этом от Володи, Ваиного мужа, когда были у них в гостях, и уже подвыпив вышли на перекур. Чтобы подтвердить этот феномен Володя ринулся к холодильнику и достал яйцо. Вскоре почему-то у каждого из мужчин в руках было сырое яйцо, все насупившись давили и не хотели признаться, что не могут раздавить куриное яйцо. Начались мошенничество, уловки, и попытки раздавить яйцо первым, и вскоре у мужчин в руках были раздавленные яйца, и на полу лежали уроненные разбитые яйца. Испуганные подвыпившие мужчины быстро старались удалить следы преступления, а моя сестрёнка Валя, заглянув изумлённо в кухню, с хохотом убежала в зал, чтобы расскать женщинам, какие идиоты её братики и её муж.

Когда мой дядя ездил на древней бесплатной Jetta, а я на старом Пассате, то Валя и Вова показали нам, что даже живя в Германии можно иметь японский автомобиль, и ездили на красной Мазде. А как весело было собраться у сестры на даче! Да, у неё была собственная дача, с офигенной уютной избушкой. А сколько смеха вызывал фонтан посредине, из которого Валиным братьям обязательно нужно было испить водицы, причём на камеру. Ведь вода бежала не просто откуда-либо, а из писюна стоящего и писающего купидона.

Где бы Валя не жила - в её доме всегда царили порядок и чистота. Бабушка всегда изумлённо повторяла, что Валя работает как вол. Под её руками всё горело, любая работа делалась быстро и хорошо. Когда она приезжала к нам в гости то всегда что-то готовила, помогала.

Узнав что одна из наших дочерей, Эрика, выходит замуж, Валя засобиралась в поездку. Наши дочери и моя жена с изумлением вспоминают, как Валя не просто активно взялась за работу, но практически сама накормила всю свадьбу, как она варила, жарила, парила. Канадцы пришли в дикий восторг от таких небывало вкусных блюд. Как жаль что эти пару недель промчались так быстро. Какими были уютными наши посиделки. Как влюбился в Валю наш зять Робин, канадский профессор. Как уважительно называл её Valentina, и даже обращался за помощью к ней, когда нужно было купить и выслать какой-то продукт из Германии, и который невозможно было выслать напрямую. А как быстро и легко мы все нашли общий язык, и как мигом окрестили Jaegermeister новым именем "Medizin" (медицина). Сколько было смеху. А кто ещё мог так заразительно и весело рассказать весёлую историю из жизни? Как сидели в огромном аэропорту, ожидая рейса, и коротали время держа в руках мобильники. И как увидя это подошёл какой-то бичёвского вида молодой человек, с покоцанным мобильником, и начал что-то говорить на иностранном. И как все решили, что он хочет продать свой мобильник. И как гордо сказали ему: Danke, wir brauchen diesen Scheiss nicht! И лишь гораздо позже сообразили, что он увидел похожие мобильники, и просил одолжить блок питания, чтобы подзарядить севшую батарею своего мобильника.



Валя у нас в гостях, на свадьбе у Эрики и Джошуа, где она была свидетелем, и закрепила их брак своей подписью.




Наша мама, Валя, я и моя жена Оля. У нас в гостях, в Канаде.
Валя поместила это фото в Одноклассниках, и одна из её подруг подметила,
что Валя по сравнению с братиком как Дюймовочка.
На что Валя весело ответила: "Конечно. Я же девочка :)"



А это мы прощаемся в аэропорту. Лето 2016.




Валя никогда не жаловалась, и не ждала с моря погоды.Работала. Как и все мы мечтала о пенсии. И несмотря на все болезни и операции продолжала работать. Купила оборудование и открыла свой рабочий офис в подвале совего дома. И очень радовалась своему новому автомобилю.




Валя у нового автомобиля.




Валя безумно любила своих внучат. Я всегда поражался её энергии. Если взглянуть на фотографии то видно, что каждый свободный день она проводила с ними. Если раньше она успела с мужем Володей попутешествовать по Европе, то последнее время всегда была с подрастающими внучатами. Где они только не побывали все вместе. И несмотря на занятость Валя всегда не давала нам затеряться. Мы уехали из Германии 16 лет назад, и постепенно связь потерялась почти со всеми родными. Ибо у молодых своя жизнь, свои заботы. А у пожилых, как моя мама, или мои дядя и тётя, нет интернета и скайпа. Но Валя никогда не позволяла нашей связи оборваться. И если у нас не было WhatsApp (в Канаде он как-то не пошёл) то она использовала Гугл (hangouts) или Skype, и мы постоянно общались. Периодически Валя спрашивала меня, как у меня дела. Очень приятно было получить весточку "Как дела, братик?", и услышать о её новостях. Когда я спрашивал как дела у неё, она лишь отшучивалась, мол вырезали опять то что не нужно, и что мол опять вся в заботах. И всегда ковала планы, всегда оставалась неугомонной. Мало того что ездила на старую Родину сама, с мужем, она нашла время организовать поездку всем вместе, с дочерью Настей и внучатами. Повидать всех родных, и показать им места где мы родились и выросли.

Валя жила жизнь как метеор. Вовлекая всех нас в свою орбиту. Подавая пример, и освещая путь.

Пережив несколько иммиграций, и пройдя через массу трудностей и лишений, я не могу понять, почему так разрывается на части моё сердце, почему не отпускает эта дикая боль. Почему потеря сестрёнки так сильно повлияла на меня? И эта статья - не только дань моей любимой сестрёнке, которая у меня одна. Но и попытка осознать и понять всю глубину потери.
-Я осознал, что самое трудное в иммиграции - это не трудности, не одиночество, не лишения. Самым трудным является физическое расстояние. Когда не можешь просто взять и сесть в авто, и поехать и повидаться с родным человеком. Особенно когда ему трудно. И вот это чувство оторванности является очень тяжким. А пандемия усугубила всё это ещё больше, когда все страны отговаривают от поездок, а в случае перелёта заставляют проходить карантины.
-Наверное когда живёшь рядом, и видишь как угасает человек, то как-то внутренне более подготовлен к тому, что конец неизбежен. Но когда живёшь далеко, и связь поддерживается непостоянно, то такая новость обрушивается как гром, тяжким грузом.
-Один из знакомых учёных, после нескольких лет общения со мной, сказал что у меня обострённое (или повышенное) восприятие любой несправедливости. Это относится ко всему, что я пережил в бывшем СССР или в Германии. И вот наверное именно это чувство, чувство дикой несправедливости, рвёт на части моё сердце. Когда болезнь вырывает из нашей жизни тех, кто этого совсем не заслуживает. Кому ещё жить и жить, на радость всем родным, детям, и внукам.
-Разум категорически отказывается поверить, что больше нет на этом свете моей сестры. Что кроме неё теперь больше никому не нужен. Что никто не постучится в чате, и не спросит как у братика дела.
-Разум подсказывает, что вместе с Валей ушла огромная часть жизни. Ибо я жил и рос в другом мире, в мире людей по материнской линии. Отца как личность я не знал совсем. А Валя постоянно поддерживала связь с отцом, и со всеми родными, и не давала этой связи пропасть, активно привлекая и меня. Лишь благодаря ей я время от времени видел фотографии с лицами родственников по отцовской линии. Лишь она могла мне объяснить, где на фото мой дед или бабушка по отцовской линии. Когда уже будучи студентом я приехал в гости, в Озёрный, то Валя провожала меня на автовокзале. И я опешил, когда к нам подошёл мой отец, которого я не видел с детских лет. Оказывается Валя всегда оставалсь с ним в контакте, и сообщила ему о моём приезда. Эта встреча как-то по своему потрясла меня. Отец гордо показывал меня своим знакомым и говорил, что это его сын. Меня он спросил, в каком классе я учусь. Я смущённо пробормотал, что уже учусь в интитуте.
Наверное действительно так устроен наш разум, что мы на какой-то волне, даже подспудно, знаем, что кровь - это не водица. И что эти кровные узы связывают нас гораздо крепче, чем мы предполагаем.
-Даже живя в Германии мы переписывались, писали друг другу письма. И Валин почерк нисколько не изменился, даже когда она писала на немецком языке. А потом, когда мы уехали жить в Канаду, Валя начала собирать и высылать нам посылочки. К Рождеству, к Новому году. К моему дню рождения. К другим праздникам. Эти послылки Валя собирала со своей дочерью Настенькой, и с нашей мамой. В последние годы, когда у нашей дочери Эрики ролись дети, Валя и Настя постоянно присылали им огромные посылки. И мы все радовались этим подаркам. Эрика получает и покупает детскую одёжку и игрушки мешками. Но почему-то именно Германским подаркам они всегда рады особенно. И 30 декабря, когда её дочке исполнился годик, она нарядила её в кофточу из Германии, подарок от тёти Вали и Насти.
Мне Валя всегда старалась положить что-то вкусненькое - шоколады, сыры, бутылочку немецкого ликёра. И как приятно было видеть под ёлочкой посылку от Вали. Где на посылке Валиной рукой, Валиным почерком, были написаны моё имя и мой адрес. Почерком моей сестрёнки. Почерком, который я узнаю из тысячи других. И лишь теперь разум понимает, что шоколады и ликёры я могу когда угодно и сколько угодно купить в любом магазине. Но ничто не заменит мне заботу и память, которой так щедро одаривала меня моя сестрёнка. Ничто не заменит весточку от сестрёнки - аллё, братик, мы тут вам посылочку опять собираем, ждите. И если я теперь слышу слово "посылочка" то меня начинает лихорадить, на глаза наворачиваются слёзы, а горло сжимают спазмы.

Когда врачи сказали, что Вале осталось жить лишь несколько часов, она продолжала держаться. Ибо не могла уйти 29, на день рождения внучки. А потом не могла уйти 30, на день рождения Эрикиной дочурки, Maddie, которой исполнился годик. И ушла от нас лишь 31-го. И теперь, когда мы будем поднимать бокалы, встречая новый год, мы всегда будем провожать старый, уходящий. И поминать добрым словом ушедшую от нас Валюшу!

На том свете мы увидимся вновь со всеми, кто нас покинул. И если ещё на этом свете судьба начнёт мне посылать испытания, то я точно знаю что я сделаю. Я возьму и напишу Валиным почерком: "Danke, aber diesen Scheiss brauchen wir nicht!"


PS: Большое спасибо Насте, за всю ту моральную поддержку, которую она нам оказала в последнее время. Которая потерла горячо любимую маму, но нашла силы и сумела поддержать и успокоить меня, потерявшего сестрёнку. Наши глубочайшие соболезнование моей и Валиной маме; Володе, Валиному мужу; Валиным детям, Лёше и Насте; Виктору, нашему брату; и всем родным и близким.




Валя с мамой.




Валя с мужем Володей.